Я помню ярко красный цвет. Он, как вспышка, как молния, возник из ниоткуда и пропал… Растворил в себе чужое воспоминание, а это к лучшему. Ведь помнить не всегда означает ностальгировать, зачастую память ранит…

Во всем случившемся виновата я. Какая бездумность, - поджечь спичку в темной кладовой, полки которой доверху заставлены трехлитровыми банками со спиртом.  Одно неверное движение и банка с грохотом разбивается, освобождая фатальные пары… Происходит моментальное возгорание крошечного помещения.. Я вылетаю пулей в коридор, спасаясь от назойливых языков пламени, и вдруг в этот момент.. Моя маленькая дочурка, едва только научившаяся ходить, выходит из соседней с горящей кладовой комнаты и.. ярко красный цвет…

Все происходило как в полудреме… Много паники, крика, соседей, пожарных, боли… Я не чувствовала обгоревших кистей и пальцев рук,  выдергивающих бедную малышку из страшного ада, я не чувствовала жара и страха…

Проснулась я на больничной койке , одетая в бинты,  со страшной головной болью. Не сразу вспомнила , что же все-таки произошло, а когда наконец-то  пришла в себя, то кричала , сколько  было силы, кричала так, что посбегались любопытные пациенты со всего этажа.  В тот момент я была уверенна, что потеряла маленькую фею навсегда! Испуганная медсестра поклялась, что я ошибаюсь и позвала доктора.

Доктор говорил медленно и невнятно, то и дело заикаясь. Заверил в том, что через пару дней меня выпишут, чтобы я смогла ухаживать за своей дочуркой. А пока к ней никак нельзя, она в реанимации. Я снова и снова плакала… Доктор объяснил, что малышка в очень тяжелом состоянии и с трудом дышит. Но борется. Борется за жизнь.

Неделю назад , просматривая с дочуркой книжку с красивими картинками джунглиевских животных, я пообещала в субботу повести ее в цирк, где она сможет вдоволь наглядеться на танцующих великанов. Я знаю, что она меня поняла. И очень ждет этого. Вот сейчас лежит маленькое тельце под капельницей, запутанное в бинты и тысячи проводочков , словно в паутину, и видит сладкие сны о прекрасных сказочных четвероногих артистах. И ей очень легко. И радостно. Боженька, помоги моей малышке! 

Следующие два месяца происходила нечеловеческая борьба за жизнь маленькой годовалой девочки. Боролись все. Доктора, бабушки и дедушки, друзья и близкие. По очереди сдавали кровь, дежурили ночи напролет около колыбельки. Наш дедушка приносил каждый день самостоятельно смастеренную сетку, которую натягивал над кроваткой  так , чтобы назойливые мухи не приставали к израненному тельцу и не переносили заразу и  бактерии на обновляющуюся плоть. Бабушка все еще плакала, сидя над спящей малышкой, а когда девочка открывала свои огромные черные глазенки и видела слезы, улыбалась. Хотела развеселить, поддержать..

Большая часть маленького тельца была поражена ожогами тяжелой степени. И доктора все еще не верили в чудо выздоровления… Неоднократно случались приступы асфиксии,  каждый раз мог стать смертельным для моей манюни. И только ежедневные молитвы, абсолютная вера в исцеление, щепетильный уход, невероятная забота и любовь, которой окружили малышку близкие, вершили поистине неземное чудо.

По истечении двух месяцев, девочка снова начала ходить, правда, пока, держась за ручку взрослых, и делала успехи в речи. Когда мы малышку забирали домой, она громко-громко воскликнула: «Пасифа!», что означало «Спасибо!».

В ее жизни было сделано немало операций по пересадке здоровой кожи, и все они прошли успешно.

Моей девочке сейчас двадцать пять лет, она неоднократная чемпионка страны  по спортивной гимнастике. Она красавица, умница и просто счастливая замужняя женщина. А красный цвет не любит…

Она дважды обрела жизнь. И знает, что такое Чудо. Ведь жизнь – вот самое огромное ЧУДО!

Камила Бакуменко
читатель журнала «Мастерская успеха», участник Конкурса

Иллюстрация